Doctor of Sciences (Pedagogy), Professor, professor of Chair of Special Psychology
доктор педагогических наук, профессор, профессор кафедры специальной психологии
The paper presents the author’s approach to the understanding of the duality of self-alienation as the protection and adaptation and its relation with the specifics of mentalization and personality inner discourse. Such duality is determined by the quality of self-boundaries. The goal of the study is to clarify the nature of the relationships between the stability of self-boundaries and self-alienation. The author identified the complex determinateness of self-alienation phenomenon: firstly, by the duality of the human Self and, secondly, by its distancing or rejection of Non-Self and the dialogue with it. The disturbances in the exchange of information and energy between the Self and the Non-Self correlate with the changes in the stability of their boundaries and distort the processes of mentalization, which creates the ground for self-alienation. The author identified and systematized the content-functional relations of mentalization disorders, the stability of Self-boundary and its dialogue with Non-Self. The adaptive self-alienation is a response to the self-preservation threat and reflects the choice of self-change, protective self-alienation, and the choice of self-preservation becomes actual in the case of the threat of Self-destruction. The study empirically identified various trends in the relationships between the stability of Self-boundaries and self-alienation. Strong boundaries are more characterized by self-alienation, Self monologue, the lack of mentalization, pseudo- and compartmentalization, adaptive “false Self” vegetativeness or adventurism. With thin boundaries, the protective self-alienation with the experience of impotence prevails, the possibilities of mentalization and the ability of a person to self-determination and self-change are reduced or suppressed. The author concludes on the necessity of the balance of protective and adaptive self-alienation, and its relationship with changes in the Self-boundaries stability should be taken into account when delivering psychological aid.
В статье представлен авторский подход к пониманию дуальности самоотчуждения как защиты и адаптации и его связи со спецификой ментализации и внутреннего диалога личности, которая определяется качеством границ Я. Цель работы – выяснение характера связей между прочностью границ Я и самоотчуждением. Выявлена сложная детерминированность феномена самоотчуждения: во-первых, двойственностью Я человека, во-вторых, его дистанцированием или отказом от Не-Я и от диалога с ним. Нарушения обмена информацией и энергией между Я и Не-Я коррелируют с изменениями прочности их границ и искажают процессы ментализации, что создает почву для самоотчуждения. Установлены и систематизированы содержательно-функциональные связи нарушений ментализации, прочности границ Я и его диалога с Не-Я. Адаптивное самоотчуждение выступает ответом на угрозу консервации Я и отражает выбор самоизменения; защитное самоотчуждение и выбор самосохранения актуализируются при угрозе разрушения Я. Эмпирически выявлены различные тенденции в связях между прочностью границ Я и самоотчуждением. Для прочных границ более характерны самоотчуждение, монолог Я, дефицит ментализации, псевдо- и компартментализация, адаптационное «ложное Я», вегетативность или авантюризм. При тонких границах преобладает защитное самоотчуждение с переживанием бессилия, снижены или подавлены возможности ментализации и способность человека к самоопределению и самоизменению. Выводы автора заключаются в признании необходимости для жизни человека баланса защитного и адаптационного самоотчуждения, связь которого с изменениями прочности границ Я должна учитываться при оказании психологической помощи.